«Вы смогли выехать. Значит вам ничего не угрожает»: почему Россия не принимает беженцев

09 / 07 / 2019

Почему в России менее шестисот человек официально признаны беженцами? Люди из каких стран чаще всего просят убежище в России? Каких доказательств ждут власти? Обсуждаем с консультантом по миграционным вопросам комитета «Гражданское содействие» Екатериной Росоловской. Госпожа Росоловская в этом году прошла отбор и приняла участие в программе LabCitoyen. Это конференция для молодых франкофонов со всего мира, занимающихся гражданской деятельностью. Она прошла в Париже с 30 июня по 7 июля под покровительством французского посла по правам человека Франсуа Крокетта.

RFI: В России статусом беженца официально обладают менее шестисот человек. При этом в России есть закон от 1993 года «О беженцах». Россия — участница Конвенции о статусе беженцев 1951 года и Протокола 1967 года. Выходит, все это написано, но не применяется?

Екатерина Росоловская: Глава нашей организации (Светлана Ганнушкина) довольно часто говорит, что в России система убежища не работает как таковая. Действительно, статус беженца есть менее, чем у шестисот человек. Конечно, в России есть еще и дополнительный статус, думаю, как и во многих странах, — это временное убежище. Оно есть у большего количества людей, это несколько десятков тысяч человек.

Но тут нужно тоже понимать, что это люди — в основном беженцы с Украины. Относительно беженцев с Украины была политическая воля давать им убежище. Сейчас они получают в упрощенном порядке гражданство. То есть это такие «эксклюзивные» беженцы. Для всех остальных это очень сложно и практически нереально.

Для сравнения: во Франции, по официальной статистике, за прошлый 2018 год более 46 тысяч человек получили или статус беженца, или статус, который дает право остаться во Франции и право на защиту. Это какие-то абсолютно несравнимые цифры. В чем здесь корень зла?

На мой взгляд, институт убежища — это политический институт. Политической воли на то, чтобы принимать беженцев в России нет. Я думаю, что страна, которая готова принимать беженцев, должна иметь специальную инфраструктуру. Для этого нужно обучать людей, создавать институты, которые будут помогать беженцам интегрироваться. Мое личное мнение — тут вопрос упирается еще и в деньги. Россия не готова тратить деньги на интеграцию беженцев. Плюс, я думаю, что Россия довольно расистская страна. Дело также в ксенофобии. В целом отношение к мигрантам довольно негативное.

Люди из каких стран чаще всего просят убежище в России?

Сейчас это граждане Сирии, Афганистана, Украины. Это, мне кажется, три основных потока. Конечно, есть беженцы из других стран: Йемен, некоторые страны Африки. Из Демократической республики Конго у нас основной поток из Африки, пожалуй. Из Судана.

Правильно ли я понимаю, что многим из них даже не удается подать заявление об убежище?

Да, это большая проблема. Одна из основных целей, над которой мы работаем, — это доступ к процедуре. Потому что без доступа к процедуре система не существует. Во многих городах в принципе невозможно самостоятельно подать на убежище. В Москве очень сложно. По большому счету, в миграционной службе, которая отвечает за беженцев, нет переводчиков. Человек, который туда приходит, который не владеет русским, он не может подать на убежище. Очень редко они приглашают переводчика. По моему опыту, я это наблюдала раза три, наверное. Самостоятельно это сделать практически нереально. Более того, во многих городах ситуация такая, что при обращении за убежищем человека сразу выдворяют.

Была показательная история с чемпионатом мира. Тысячи беженцев приехали в Россию под видом футбольных фанатов, пользуясь упрощенным визовым режимом, и остались в России. Некоторые из них пытались подать на убежище, но у них или не приняли документы, или им отказали. Известно, как сложилась их судьба?

Это очень большой поток. Многие из этих людей подавали на убежище. Некоторым удалось, так скажем, подать на убежище. Я не уверена, что кто-то получил. Тут сложно сказать. До конца 2018 года для них была такая же ситуация с убежищем, как и для остальных. Но после Нового года их стали массово выдворять. Людям, которые приехали с Fan ID, сейчас опаснее, чем другим категориям заявителей идти в миграционную службу. Приказ сверху такой, что их выдворяют сразу. У нас есть пример: два заявителя, которые хотят просить убежище в России. Они собираются обращаться только сейчас, поэтому в миграционную службу с ними пойдет юрист. Они не пойдут туда сами, потому что мы боимся, что их выдворят.

Начальница главного управления МВД по вопросам миграции Валентина Казакова, объясняя почему отказывают в убежище людям, которые приехали под видом фанатов, сказала: «Должны быть доказательства, а не просто голословные утверждения о преследовании». Какие именно доказательства требуют российские власти?

Я часто хожу в миграционную службу. Сотрудники, которые там работают, настаивают на доказательствах. Но в их понимании доказательства — это какая-то «палка о двух концах», потому что часто мы слышим что-то вроде: «Вы же смогли выехать из страны. Значит, когда вы были в аэропорту, вас там не задержали сразу на границе? Значит вам ничего не угрожает. А как вы докажете обратное?». У нас есть ситуации, когда ЛГБТ-беженцам, которые решают просить убежище в России, им тоже говорят: «А как вы докажете, что вы гей?».

Иногда люди приезжают с партийным билетом оппозиционной партии. Эти доказательства принимают в досье, но по факту дальше они ни на что не влияют. В решении чиновник напишет, что доказательств преследования заявитель не привел.

Женщины-беженцы — это отдельная, самая уязвимая группа?

Это довольно уязвимая группа, особенно когда это одинокие женщины и женщины с детьми. У одинокой женщины в России, у которой нет документов, у нее очень высокий риск попадания в сексуальное рабство. У нас тоже были случаи, когда приходят женщины, которые попадают в сексуальное рабство, или их насильно вовлекают в проституцию.

Если это женщина с детьми, ей особенно сложно хоть как-то подрабатывать, поскольку ей не с кем оставить детей. Иногда, когда к нам приходят женщины в такой ситуации, у которых дети, и им негде жить, мы обращаемся к шелтерам, которые в России работают и помогают женщинам в сложной жизненной ситуации. Иногда нам удается как-то им помочь, найти им жилье, например.

Интервью: Ксения Гулиа, RFI на русском

Фото: JONATHAN NACKSTRAND / AFP


Теги: ,,
×
Scroll Up