«Я пришла за смыслом жизни»

Désolé, cet article est seulement disponible en Russe. Pour le confort de l’utilisateur, le contenu est affiché ci-dessous dans une autre langue. Vous pouvez cliquer le lien pour changer de langue active.

В апреле 2016 года исполнилось 20 лет Центру адаптации и обучения детей беженцев. Это настоящий праздник для всех, кто когда-либо имел к Центру отношение, и настоящее чудо: никто не думал, что это стихийное волонтерское дело, которое родилось на кухне Комитета «Гражданское содействие» благодаря студентке Ане Вершок, будет жить так долго, пусть и не всегда счастливо.

Мы решили, что лучше всего о центре расскажут люди, которые создавали его все эти годы – выпускники, волонтеры и те, кто помогал и продолжает помогать ребятам.

«Я пришла за смыслом жизни»

Илья Колмановский, ученый, экс-директор Детского центра:

— Несколько лет я сам возглавлял Центр, и это очень многое мне дало.  Столкновения с такими разными людьми бесконечно обогатили меня. Но мой самый главный учитель — это Аня Вершок, с которой все началось. Молодая девушка-третьекурсница привела в движение, смотрите, уже целое поколение людей! Точная чистота ее интонаций, жестов, она всегда вела себя без пафоса — ничего лишнего. Это было что-то такое человеческое, такое самозабвенное и одновременно деловитое, Аня всегда была сосредоточена на том, чтобы все было хорошо, чтобы все работало.

Но, конечно, не только ее я готов благодарить. Многое для меня значат и люди из «Гражданского содействия», и из «Мемориала», волонтеры, с которыми я общаюсь и сейчас, и, конечно, сами дети. Каждый из них учил меня новому, все они были настолько разными, настолько разными были их истории и жизни!

Я бы сказал, что вообще идея Детского центра — это такая форма отношений с реальностью, это форма очень симпатичного мне эдакого анархизма, неверия в государственные институты и веры в универсальные ценности — образование и цивилизацию. Вера в математику, как лекарство от травмы, понимаете?

илья

Когда я пришел в Центр, мне было девятнадцать-двадцать лет. Эта работа меня соблазнила какой-то потрясающей простотой: найти людей, помочь им начать, поддержать, посоветовать завязать, если не получается, и предложить чай с бутербродами — все было абсолютно посильно! А если серьезно, то когда ты понимаешь смысл и содержание, можно легко делать очень сложные вещи. Это потом стало моим основным принципом в работе: если я неправильно задал цель, если я не вижу в деятельности содержания — работа не идет, и я прекращаю, переиначиваю ее. А тут семь лет все просто прекрасно шло.

Ну и, конечно, я приобрел гору практических навыков. Научился безопасно купать детей в море, мне пришлось вести мужские разговоры с подростками, в основном — с оппонентами моих учеников. Советский человек нового поколения плохо умеет сотрудничать, он умеет только конкурировать. А меня Центр научил сотрудничеству.

Любовь Ворожейкина, волонтер Центра:

люба

— Когда я пришла сюда, мне всего было всего тринадцать лет, и я стала самым юным волонтером Центра. Это было в 1999 году, давно. Сначала я у двух девочек вела чтение, одному мальчику преподавала русский. Русского он не знал совершенно, а старше меня был — на пять лет. Я водила детей в парки и всячески отвлекала от переживаний, мы занимались рисованием, лепкой, ходили в театр.

Моя мама — лучшая подруга мамы Ани Вершок, которая мне и предложила приехать в Центр. А получилась из этого целая жизнь, которая очень многое мне дала. Мое волонтерство тянется уже столько лет, почти всю жизнь, и оно так расширилось — теперь я езжу в дома престарелых, в онкоцентры к больным деткам, помогаю приютам брошенных животных, участвую в поисках пропавших детей, работаю с ребятами из детских домов. Вокруг меня много детей, которые уже выросли и вышли во взрослую жизнь, и я им помогаю не наступать на свои грабли.

И знаете, мне это помогло вырастить прекрасную дочь: я воспитываю ее одна, сейчас она учится в восьмом классе. И теперь она волонтерит вместе со мной — это оказалось заразным!

Амирхан Баталов, выпускник Центра: 

амирхан

— Я приехал в Москву из Грозного, в 1998 году. И первое впечатление было — что это большой-большой город, очень красивый. Все отдыхали тогда, это был август, и я знал, что 1 сентября пойду в школу. Но меня внезапно не взяли — не было московской регистрации. Я тогда уже довольно взрослый был, в Чечне тоже в школе учился, но с перерывом с 1994 по 1996.

И вот тогда, в Москве, тетя моя как-то узнала про эту школу, про Центр, и привела меня. Там я и познакомился сначала с Аней Вершок, потом с остальными волонтерами, с Олей Розенблюм, будущим директором. И до, наверное, 2004 года я там постоянно тусовался, даже когда уже поступил в обычную школу.

Думаю, мне это очень сильно помогло. Во-первых, Центр находился при «Гражданском содействии», сотрудники Комитета помогли устроиться в обычную школу — писали письма депутатам, судились, была большая такая кампания. И уже на следующий год я пошел в школу. Весь этот год перед поступлением я провел не зря, учился: русский, математика, английский, мне это очень потом помогло. И друзья появились.

Я думаю, что ребята из Детского Центра просто распространяют добро, а добро — оно живет всегда, несмотря ни на что. Поэтому наша школа живет, и к ней тянутся люди самых разных культур и национальностей.

Галя Алексеева, куратор программы Центра «Школа на коленке»:

галя

— Я пришла в Центр еще в прошлом году, и сразу начала вести занятия с двумя ребятами из Афганистана, которые учились в начальной школе — Мудисером и Масавером.

Тогда я искала в Москве интересные образовательные проекты, в которых нужно было бы заниматься с детьми. Зимой я узнала о Центре, а уже в Центре — о проекте «Школа на коленке», и как-то сразу захотела участвовать: сейчас я работаю как репетитор, и мне легко учить ребят конкретным предметам. Сначала я преподавала математику, потом постепенно стала куратором проекта.

За этот год я уже привыкла к тому, что какое-то время своей жизни я на это трачу, и это для меня важно. Детский центр мне очень понравился — людьми, атмосферой. Тут так много умных, талантливых ребят, которые хотят что-то делать для общества, для того, чтобы мы жили лучше! Они отчасти романтики, которые считают, что по-другому нельзя, по-другому просто не может быть — самые настоящие мушкетеры. После этого года в Центре я стала увереннее себя чувствовать, потому что вокруг есть такие люди, на которых можно положиться, и таких людей много.

Алексей Паперный, музыкант:

паперный

— Раньше я не был знаком с работой Центра, но меня пригласил выступить на празднике мой друг Иван Бабицкий, и я согласился. Не сказать, что я часто играю на таких мероприятиях, но если есть возможность помочь кому-то без особых трудностей — почему бы и нет. И я рад, что познакомился с такой организацией, как Центр, как «Гражданское содействие», потому что все вы делаете отличное дело — помогаете беженцам. Я хорошо знаю жизнь мигрантов, большинство из них живет в очень сложных условиях, но я не знал, что им кто-то помогает. И мне кажется это очень важным: чтобы люди могли жить, как люди, не чувствовали отчуждения, не становились жертвами ксенофобии. И главное, что Комитет помогает людям, оказавшимся в тяжелых жизненных ситуациях, адаптироваться и начать жить здесь нормально, на равных.

Наталья Сергеева, волонтер Центра:

наташа

— Я узнала о Детском центре из тех самых бумажных объявлений в РГГУ, в каком-то лохматом 1998 году, просто увидела на доске объявлений бумажку, уже завешанную другими. Там ничего не было оформлено, буквально две строчки — Центр адаптации детей беженцев ищет волонтеров. Тут что-то кольнуло внутри, задело, и я поняла — это то, что мне нужно.

Я пришла на Долгоруковскую, в этот подвальчик, и быстро познакомилась там с Ильей Колмановским, с Катей Кокориной, Аней Вершок и Олей Розенблюм. Я начала преподавать английский, и мне это очень нравилось, но казалось, что мало толку — прогресс был очень медленным, ребята учились совсем потихоньку.

Там был такой смешной мальчик Адам, который все время читал детективы на русском и совсем не понимал, зачем ему английский. Последнее, что я о нем слышала — он благополучно вернулся домой и стал полицейским. Потом был прекрасный Амирхан, который и сегодня к нам пришел, очень успешный парень, учился и в Москве, и в Штатах потом.

Через какое-то время я уже не могла совмещать, долго наблюдала за работой Центра на расстоянии. А в этом сентябре решила вернуться, потому что мне не хватало этого ощущения: мне казалось, что если я снова буду здесь заниматься с ребятами, у меня появится очень правильный смысл, правильное наполнение, честное и справедливое… В общем, я пришла за смыслом жизни.

И все сразу получилось не так: я думала, что буду преподавать английский, а нужны были учителя русского. И я испугалась, я русский никогда не преподавала, я думала, что это монстр, которого не оседлать. И группа у меня была вся такая разная, по возрасту, по уровню, по странам происхождения детей. Но я быстро мобилизовалась, начала много читать, изучать методику преподавания, мне очень понравилось. Конечно, мне бы хотелось, чтобы эта учеба была их повседневностью, рутиной, и это понемногу получается – у ребят есть определенные рабочие тетради, учебники, мы пишем диктанты, есть какие-то регламентированные вещи. И мне это кажется очень важным, это та системная привычка учиться, которую им важно в их возрасте не потерять.

Мне кажется, что именно эту функцию мы пытаемся замещать, не претендуя на какой-то перфекционизм. Но все-таки чем быстрее они от нас уйдут, чем лучше – пусть они пойдут в школы, а мы продолжим встречаться с ними, как старые друзья.

Помочь Детскому центру можно здесь.

Елена Срапян, «Гражданское содействие»,

Фото: Александр Федоров.

Мы помогаем беженцам и людям без гражданства
×
Défiler vers le haut