«Я пришла за смыслом жизни»

Sorry, this entry is only available in Russian. For the sake of viewer convenience, the content is shown below in the alternative language. You may click the link to switch the active language.

В апреле 2016 года исполнилось 20 лет Центру адаптации и обучения детей беженцев. Это настоящий праздник для всех, кто когда-либо имел к Центру отношение, и настоящее чудо: никто не думал, что это стихийное волонтерское дело, которое родилось на кухне Комитета «Гражданское содействие» благодаря студентке Ане Вершок, будет жить так долго, пусть и не всегда счастливо.

Мы решили, что лучше всего о центре расскажут люди, которые создавали его все эти годы – выпускники, волонтеры и те, кто помогал и продолжает помогать ребятам.

«Я пришла за смыслом жизни»

Илья Колмановский, ученый, экс-директор Детского центра:

— Несколько лет я сам возглавлял Центр, и это очень многое мне дало.  Столкновения с такими разными людьми бесконечно обогатили меня. Но мой самый главный учитель — это Аня Вершок, с которой все началось. Молодая девушка-третьекурсница привела в движение, смотрите, уже целое поколение людей! Точная чистота ее интонаций, жестов, она всегда вела себя без пафоса — ничего лишнего. Это было что-то такое человеческое, такое самозабвенное и одновременно деловитое, Аня всегда была сосредоточена на том, чтобы все было хорошо, чтобы все работало.

Но, конечно, не только ее я готов благодарить. Многое для меня значат и люди из «Гражданского содействия», и из «Мемориала», волонтеры, с которыми я общаюсь и сейчас, и, конечно, сами дети. Каждый из них учил меня новому, все они были настолько разными, настолько разными были их истории и жизни!

Я бы сказал, что вообще идея Детского центра — это такая форма отношений с реальностью, это форма очень симпатичного мне эдакого анархизма, неверия в государственные институты и веры в универсальные ценности — образование и цивилизацию. Вера в математику, как лекарство от травмы, понимаете?

илья

Когда я пришел в Центр, мне было девятнадцать-двадцать лет. Эта работа меня соблазнила какой-то потрясающей простотой: найти людей, помочь им начать, поддержать, посоветовать завязать, если не получается, и предложить чай с бутербродами — все было абсолютно посильно! А если серьезно, то когда ты понимаешь смысл и содержание, можно легко делать очень сложные вещи. Это потом стало моим основным принципом в работе: если я неправильно задал цель, если я не вижу в деятельности содержания — работа не идет, и я прекращаю, переиначиваю ее. А тут семь лет все просто прекрасно шло.

Ну и, конечно, я приобрел гору практических навыков. Научился безопасно купать детей в море, мне пришлось вести мужские разговоры с подростками, в основном — с оппонентами моих учеников. Советский человек нового поколения плохо умеет сотрудничать, он умеет только конкурировать. А меня Центр научил сотрудничеству.

Любовь Ворожейкина, волонтер Центра:

люба

— Когда я пришла сюда, мне всего было всего тринадцать лет, и я стала самым юным волонтером Центра. Это было в 1999 году, давно. Сначала я у двух девочек вела чтение, одному мальчику преподавала русский. Русского он не знал совершенно, а старше меня был — на пять лет. Я водила детей в парки и всячески отвлекала от переживаний, мы занимались рисованием, лепкой, ходили в театр.

Моя мама — лучшая подруга мамы Ани Вершок, которая мне и предложила приехать в Центр. А получилась из этого целая жизнь, которая очень многое мне дала. Мое волонтерство тянется уже столько лет, почти всю жизнь, и оно так расширилось — теперь я езжу в дома престарелых, в онкоцентры к больным деткам, помогаю приютам брошенных животных, участвую в поисках пропавших детей, работаю с ребятами из детских домов. Вокруг меня много детей, которые уже выросли и вышли во взрослую жизнь, и я им помогаю не наступать на свои грабли.

И знаете, мне это помогло вырастить прекрасную дочь: я воспитываю ее одна, сейчас она учится в восьмом классе. И теперь она волонтерит вместе со мной — это оказалось заразным!

Амирхан Баталов, выпускник Центра: 

амирхан

— Я приехал в Москву из Грозного, в 1998 году. И первое впечатление было — что это большой-большой город, очень красивый. Все отдыхали тогда, это был август, и я знал, что 1 сентября пойду в школу. Но меня внезапно не взяли — не было московской регистрации. Я тогда уже довольно взрослый был, в Чечне тоже в школе учился, но с перерывом с 1994 по 1996.

И вот тогда, в Москве, тетя моя как-то узнала про эту школу, про Центр, и привела меня. Там я и познакомился сначала с Аней Вершок, потом с остальными волонтерами, с Олей Розенблюм, будущим директором. И до, наверное, 2004 года я там постоянно тусовался, даже когда уже поступил в обычную школу.

Думаю, мне это очень сильно помогло. Во-первых, Центр находился при «Гражданском содействии», сотрудники Комитета помогли устроиться в обычную школу — писали письма депутатам, судились, была большая такая кампания. И уже на следующий год я пошел в школу. Весь этот год перед поступлением я провел не зря, учился: русский, математика, английский, мне это очень потом помогло. И друзья появились.

Я думаю, что ребята из Детского Центра просто распространяют добро, а добро — оно живет всегда, несмотря ни на что. Поэтому наша школа живет, и к ней тянутся люди самых разных культур и национальностей.

Галя Алексеева, куратор программы Центра «Школа на коленке»:

галя

— Я пришла в Центр еще в прошлом году, и сразу начала вести занятия с двумя ребятами из Афганистана, которые учились в начальной школе — Мудисером и Масавером.

Тогда я искала в Москве интересные образовательные проекты, в которых нужно было бы заниматься с детьми. Зимой я узнала о Центре, а уже в Центре — о проекте «Школа на коленке», и как-то сразу захотела участвовать: сейчас я работаю как репетитор, и мне легко учить ребят конкретным предметам. Сначала я преподавала математику, потом постепенно стала куратором проекта.

За этот год я уже привыкла к тому, что какое-то время своей жизни я на это трачу, и это для меня важно. Детский центр мне очень понравился — людьми, атмосферой. Тут так много умных, талантливых ребят, которые хотят что-то делать для общества, для того, чтобы мы жили лучше! Они отчасти романтики, которые считают, что по-другому нельзя, по-другому просто не может быть — самые настоящие мушкетеры. После этого года в Центре я стала увереннее себя чувствовать, потому что вокруг есть такие люди, на которых можно положиться, и таких людей много.

Алексей Паперный, музыкант:

паперный

— Раньше я не был знаком с работой Центра, но меня пригласил выступить на празднике мой друг Иван Бабицкий, и я согласился. Не сказать, что я часто играю на таких мероприятиях, но если есть возможность помочь кому-то без особых трудностей — почему бы и нет. И я рад, что познакомился с такой организацией, как Центр, как «Гражданское содействие», потому что все вы делаете отличное дело — помогаете беженцам. Я хорошо знаю жизнь мигрантов, большинство из них живет в очень сложных условиях, но я не знал, что им кто-то помогает. И мне кажется это очень важным: чтобы люди могли жить, как люди, не чувствовали отчуждения, не становились жертвами ксенофобии. И главное, что Комитет помогает людям, оказавшимся в тяжелых жизненных ситуациях, адаптироваться и начать жить здесь нормально, на равных.

Наталья Сергеева, волонтер Центра:

наташа

— Я узнала о Детском центре из тех самых бумажных объявлений в РГГУ, в каком-то лохматом 1998 году, просто увидела на доске объявлений бумажку, уже завешанную другими. Там ничего не было оформлено, буквально две строчки — Центр адаптации детей беженцев ищет волонтеров. Тут что-то кольнуло внутри, задело, и я поняла — это то, что мне нужно.

Я пришла на Долгоруковскую, в этот подвальчик, и быстро познакомилась там с Ильей Колмановским, с Катей Кокориной, Аней Вершок и Олей Розенблюм. Я начала преподавать английский, и мне это очень нравилось, но казалось, что мало толку — прогресс был очень медленным, ребята учились совсем потихоньку.

Там был такой смешной мальчик Адам, который все время читал детективы на русском и совсем не понимал, зачем ему английский. Последнее, что я о нем слышала — он благополучно вернулся домой и стал полицейским. Потом был прекрасный Амирхан, который и сегодня к нам пришел, очень успешный парень, учился и в Москве, и в Штатах потом.

Через какое-то время я уже не могла совмещать, долго наблюдала за работой Центра на расстоянии. А в этом сентябре решила вернуться, потому что мне не хватало этого ощущения: мне казалось, что если я снова буду здесь заниматься с ребятами, у меня появится очень правильный смысл, правильное наполнение, честное и справедливое… В общем, я пришла за смыслом жизни.

И все сразу получилось не так: я думала, что буду преподавать английский, а нужны были учителя русского. И я испугалась, я русский никогда не преподавала, я думала, что это монстр, которого не оседлать. И группа у меня была вся такая разная, по возрасту, по уровню, по странам происхождения детей. Но я быстро мобилизовалась, начала много читать, изучать методику преподавания, мне очень понравилось. Конечно, мне бы хотелось, чтобы эта учеба была их повседневностью, рутиной, и это понемногу получается – у ребят есть определенные рабочие тетради, учебники, мы пишем диктанты, есть какие-то регламентированные вещи. И мне это кажется очень важным, это та системная привычка учиться, которую им важно в их возрасте не потерять.

Мне кажется, что именно эту функцию мы пытаемся замещать, не претендуя на какой-то перфекционизм. Но все-таки чем быстрее они от нас уйдут, чем лучше – пусть они пойдут в школы, а мы продолжим встречаться с ними, как старые друзья.

Помочь Детскому центру можно здесь.

Елена Срапян, «Гражданское содействие»,

Фото: Александр Федоров.

Мы помогаем беженцам и людям без гражданства
×
Scroll Up