От Школы прав человека к работе с беженцами: история сотрудницы “Гражданского содействия”

Sorry, this entry is only available in Russian. For the sake of viewer convenience, the content is shown below in the alternative language. You may click the link to switch the active language.

Консультант по миграционным вопросам “Гражданского содействия” Екатерина Росоловская рассказала о том, как она начала работать в Комитете, с какими заблуждениями о беженцах ей часто приходится сталкиваться и что самое сложное в работе с людьми, ищущими убежище в России.

От Школы прав человека к работе с беженцами: история сотрудницы “Гражданского содействия”

Екатерина Росоловская. Фото из личного архива

Чем вас привлекла работа в некоммерческой организации?

Еще в школе я увлеклась правозащитной тематикой: когда училась в старших классах, прошла курс в Школе прав человека при Сахаровском центре. На первом курсе университета я волонтерила в “Гражданском содействии”, но еще не предполагала, что буду здесь работать. Тогда я преподавала в Комитете русский язык детям-мигрантам. Кроме того, мы с мамой ездили волонтерить в дома престарелых, во время учебы в университете я участвовала в летней школе для правозащитников во Франции. Мне всегда была интересна работа в сфере прав человека, так что после окончания университета это даже не было вопросом: я знала, что буду работать именно в некоммерческом секторе.

Почему именно Комитет “Гражданское содействие”?

Уже в конце своего обучения в университете я попала на лекцию Светланы Алексеевны Ганнушкиной, на которой руководитель Комитета рассказала, что “Гражданскому содействию” нужны волонтеры, в том числе в правовом отделе. Тогда я училась в Французском колледже на юридическом факультете, изучала международное право. Я не знала, что в Комитете были открытые вакансии – просто снова пришла сюда в качестве волонтера. Но меня уже не интересовало преподавание языка, мне хотелось узнать на практике, как вообще работает институт убежища в России. Когда я пришла, мне сказали: “О, вы знаете французский? Мы как раз ищем нового сотрудника”. Так начала работать в “Гражданском содействии”.

Изменила ли работа в Комитете ваше мировоззрение?

Мне кажется, что глобально мое мировоззрение не изменилось. Это не тот случай, когда человек оказывается в правозащитной организации случайно и потом переосмысляет все свои ценности. Конечно, я многому научилась: стала больше общаться с людьми из разных стран, особенно с людьми в таком тяжелом положении, как беженцы в России.

Что самое сложное в работе?

Сначала самым сложным было понимать, что у человека перед тобой совсем безвыходная ситуация, и ты уже ничем не можешь ему помочь. К сожалению, таких людей много: многие беженцы годами пытаются добиться статуса беженца в России, в конце концов теряют надежду и продолжают жить без какой-либо социальной защиты, без возможности обратиться к врачу или легально устроиться на работу.

От Школы прав человека к работе с беженцами: история сотрудницы “Гражданского содействия”

Екатерина Росоловская. Фото из личного архива

Есть ли примеры негативных и позитивных ситуаций в работе?

Интересные ситуации иногда происходят. Например, однажды я пошла с заявительницей в миграционную службу, и по пути она мне показала свой Инстаграм-аккаунт, в котором выкладывает фотографии афрокосичек: “Приходи, я тебе тоже заплету, тебе очень пойдет!”. Очень приятно говорить с людьми об их интересах в неформальном ключе, вне вопросов миграционного законодательства.

Неприятные моменты тоже бывают. Когда люди оказываются в безвыходной ситуация и понимают, что в их жизни уже ничего не изменится и им никто не поможет, они начинают обвинять в этом всех окружающих – могут начать считать, что и мы тоже во всем виноваты. Мне кажется, что в таких случаях нужно понимать, почему они так думают, и не злиться на них.

От Школы прав человека к работе с беженцами: история сотрудницы “Гражданского содействия”Приходилось ли вам сталкиваться с заблуждениями о работе Комитета?

Да, у людей в принципе много заблуждений о положении беженцев в России. У многих есть собирательный образ беженца как выходца из африканской страны, который приехал в Европу и хочет “сесть на шею” европейской системе социальной защиты. Однажды я была в полицейском участке, и когда сотрудник полиции услышал, что девушка, которая была со мной, – беженка, он сказал своим коллегам: “А, да, эти беженцы, знаете, они сюда приезжают, им наше государство бесплатно дает квартиры, и они тут отлично живут”. Я даже не знала, что на это ответить – настолько это не соответствует реальности.

 

Екатерина Росоловская консультирует беженцев и мигрантов по вопросам миграционного законодательства, рассказывает, как обратиться за убежищем в России, помогает сориентироваться в Москве и сопровождает беженцев в миграционную службу и суды в качестве переводчика.

Мы помогаем беженцам и людям без гражданства
×
Scroll Up