Не надо проверять доводы, проверьте документы!

Sorry, this entry is only available in Russian.

Несколько дней назад нашего водителя Собира снова задержала полиция. Сейчас его отпустили быстро, но за неделю до этого нам пришлось в подобной же ситуации побороться: полицейские никак не хотели считать свидетельство о предоставлении временного убежища нормальным документом. Об этом случае рассказывает Светлана Ганнушкина.

Не надо проверять доводы, проверьте документы!

Третий раз за последнюю неделю полиция задерживает нашего водителя Собира. У него статус лица, имеющего временное убежище. Когда-то в 2010 году Узбекистан потребовал его выдачи, Собир был задержан российскими и узбекскими (!) правоохранительными органами. Ровно 18 месяцев он провел СИЗО в ожидании решения. Приглашенный нами адвокат поддерживал его.

Наконец, Генеральная Прокуратура России отказала Узбекистану в выдаче Собира, и ФМС предоставила ему убежище. Кроме свидетельства о предоставлении временного убежища, Собир всегда носит документ Генеральной прокуратуры о снятии его с розыска.

Однако полиция его регулярно задерживает и радостно выражает намерение вызвать из Узбекистана конвой. Обычно достаточно звонка адвоката или нашего сотрудника в отделение, чтобы там поняли ситуацию и отпустили признанного беженца. В прошлый раз мне пришлось позвонить еще и дежурному прокурору, но дело решилось быстро.

Увы, на прошлой неделе звонка прокурору не хватило, пришлось ехать в ОВД «Гольяново 1» адвокату Розе Магомедовой. Там сотрудник полиции Владимир Иванович Сорокин поведал ей, что свидетельство выдано непонятной ему конторой (ФМС!), а ответ Генпрокуратуры о снятии розыска в РФ — никчемная бумажка. Роза сослалась на свою практику общения с его коллегами, и Сорокин ей поведал, что в каждом ОВД «свои законы».

Я позвонила дежурному прокурору и получила ответ:

— Ваши доводы проверяются.

— Не надо проверять мои доводы, — попросила я, — Надо, чтобы кто-то профессионально проверил его документы!

Через некоторое время мне позвонили из прокуратуры Москвы и сообщили, что Собира отпустили. Это было неправдой, потому что в это самое время Владимир Сорокин, изгнав адвоката из помещения, требовал от Собира подписать странный документ — обязательство о явке в Самарканд. Я дала Розе номер, с которого мне звонил прокурор, они объяснились и действительно Собира отпустили, заставив при этом подписать документ о возвращении ему вещей и отсутствии претензий. Он наивно полагал, что отсутствие претензий относится только к возвращению вещей, а не к потерянным часам в отделении, страху возвращения в Узбекистан и всем нашим с Розой волнениям.

Не знаю, как Собир, но у меня претензии есть — не только к креативному Сорокину, но и ко всей системе. Почему полиции не известны такие документы, как удостоверение беженца, свидетельство о предоставлении временного убежища, выдаваемые таинственной службой — ФМС России? Почему в МВД РФ работают такие неквалифицированные сотрудники?

Мне скажут, что других взять негде. Но тогда, господа, работайте с теми, кто есть, и положите им на стол или повесьте на стенку, как детям в начальной школе, наглядные пособия в виде образцов документов, удостоверяющих личность иностранных граждан в Российской Федерации.

Уважаемый Владимир Александрович Колокольцев, господин министр, как вам такое предложение? Мы с вами однажды чуть было не встретили Новый год на вашем рабочем месте, когда ваши сотрудники забрали в отделение полиции Людмилу Михайловну Алексееву в костюме Снегурочки. Кстати, Роза Магомедова тоже была с нами.

Но ради Собира вы же, в отличие от Розы, не поедете в Гольяново.

Проще немного обучить ваших сотрудников праву на убежище. И, заодно уж, втолковать им, что каждый имеет право пользоваться помощью адвоката с момента задержания (статья 48 Конституции РФ). Поэтому нехорошо выгонять адвоката из помещения, когда его доверитель подписывает какие-то бумажки, ценность этих бумажек становится сомнительной.

Ну, мы это еще обсудим в переписке, а то и в суде, возможно. Нам ведь тоже жаль своего времени и сил на борьбу с ликвидацией безграмотности в органах МВД — нет в уставе нашей организации такой задачи.

И еще дополнение от Елены Буртиной, которая тоже занималась освобождением Собира:

— Еще беда: полицейские постоянно врут. Когда я позвонила дежурному ОВД Гольяново, он, делая вид, что читает журнал регистрации задержанных, очень убедительно соврал, что человека с такой фамилией у них нет. А через две минуты в отдел вошла Роза и обнаружила там Собира. Потом врали прокурору, что отпустили его. И очень большой контраст между поведением полицейских в общении между собой и с мигрантами и, так сказать, для внешнего употребления. Когда Роза сказала, что Сорокин не отпускает Собира и врет прокурору, я позвонила в УВД Восточного округа. Дежурный был со мной подчеркнуто вежлив, но я слышала его разговор с ОВД Гольяново. Он сказал: «Выбрасывай его /Собира/ оттуда!».

Светлана Ганнушкина,  «Гражданское содействие»,

Фото: ТАСС.

Read more
×