Не было ни гроша, да вдруг Афган

Sorry, this entry is only available in Russian.

“Ъ” поговорил с афганцами, которые находятся в России и решили не возвращаться в свою страну

«Афганцы занимают очередь к юристам «Гражданского содействия» уже с самого утра. В основном это молодые мужчины, выглядящие вполне светски — гладко выбритые, в брюках и рубашках, с короткими стрижками. Ожидая приема, они переписываются в мессенджерах с родными и тихо обсуждают друг с другом ситуацию на родине. 37-летний полицейский Бахром вместе с 17 своими коллегами прилетел в Москву из Кабула 20 мая — на длительные курсы повышения квалификации кинологов при МВД России. Бахром рассказал “Ъ”, что курсы должны закончиться 26 сентября, но после прихода к власти талибов все 18 человек решили не возвращаться домой. «Нам страшно,— признался полицейский.— Для нас это вопрос жизни и смерти, ведь возвращение в Афганистан теперь невозможно». Мужчины пришли к российским правозащитникам «просить помощи и совета». По словам Бахрома, они с коллегами «растерянны» и «не знают, как быть», потому что «такого развития событий никто не предполагал». При этом в Кабуле остались их семьи — и полицейские переживают за родных. «Но я прежде всего командир. И сейчас для меня самое важное — защитить свою команду»,— твердо говорит Бахром.

Рядом с ним — переводчик Саид, который сопровождал афганских полицейских на курсах. Он давно в России: в 2017 году закончил РУДН по специальности «международные отношения и политология», затем получил вид на жительство. По его словам, землякам здесь очень сложно устроиться. «Я сам долго бегал по инстанциям, мучился с получением всех документов, чтобы остаться в России. А многие афганские семьи вынуждены десятилетиями жить в России нелегально»,— говорит Саид.

В приемную «Гражданского содействия» заходят еще несколько мужчин. Они берут талоны и встают в очередь на прием. 25-летний Афган живет в Москве почти три года. Он учился в РУДН на инженера, но недавно ему пришлось бросить вуз из-за финансовых трудностей: студент не смог дальше оплачивать учебу. Теперь Афган работает грузчиком на продуктовом рынке. Он получает 1200–1500 руб. в день и практически все деньги высылает семье. Мать и сестры Афгана живут в Кабуле. «Совсем недавно старшая из сестер училась в университете на стоматолога, еще две ходили в школу. Теперь они сидят дома, потому что женщинам на учебу ходить запрещено, а появляться на улице без сопровождения мужчины — опасно,— рассказал Афган.— Наш отец давно живет с другой семьей, связь с ним мы не поддерживаем, и я остался у них единственным мужчиной». Его мать была уборщицей, «но теперь там и такой работы нет — и не ясно, будет ли».

Афган хочет узнать у правозащитников, реально ли его семье перебраться в Россию. Возвращаться на родину он боится: «Последний раз я был там месяц назад, но, к счастью, вовремя уехал обратно в Россию». В Кабуле молодой человек успел поработать официантом в американском ресторане — по его словам, теперь даже это могут посчитать пособничеством американцам. «Новой власти уже успели донести на меня — в дом к моей маме приходили вооруженные люди, спрашивали, где я. Если я вернусь, меня сразу задержат, и неизвестно, что дальше будет»,— переживает Афган».

Мария Литвинова

Полная версия текста — на сайте «Коммерсантъ»

Read more
×