«Перед нами закрыты все ворота»: Сирийские беженцы — о войне, взятках и Владимире Путине

Sorry, this entry is only available in Russian.

Гражданская война в Сирии продолжается пятый год. По данным ООН, более 4 миллионов беженцев покинули страну с начала сирийского противостояния — большая часть из них осела в Египте, Ливане, Иордании и Турции, но несколько сотен тысяч беженцев принял европейский континент. Эксперты говорят о крупнейшем миграционном кризисе со времен Второй мировой войны. Некоторые сирийцы в поисках мирной жизни приехали и в Москву: по сведениям ФМС, временного убежища в России в 2015 году попросили около тысячи вынужденных переселенцев из Сирии. The Village поговорил с несколькими из них — о жизни, работе и российской коррупции.

Самир

«Перед нами закрыты все ворота»: Сирийские беженцы — о войне, взятках и Владимире Путине
Самир / Автор: Яся Фогельгардт

Сирия — лучшее место на Земле! Там были и Мухаммед, и Иисус, там много фруктов и овощей. Но когда началась война, появились террористы и стало очень опасно — мы видели много смерти. Мне было понятно, что Америка в Сирии надолго и ситуация будет только усложняться. Я начал искать убежище, чтобы остаться в живых, и приехал в Москву. На родине остались все мои родные, и я не знаю, как они сейчас живут.

Мой отец — один из первых, кто изучал русский язык в университете в Дамаске, и я знаю, что Россия — наш друг. Владимир Путин — хороший человек, которому мы доверяем. Он направляет Россию — большую и сильную страну, которая в одиночку выступает против Америки.

Здесь я всего лишь один из сотен беженцев, и наши дела в России с каждым днём не становятся лучше. Всё из-за коррупции — у нас буквально вымогают деньги, и мы не можем найти людей, которые помогли бы решить наши проблемы. Я обратился в специальную службу, чтобы мне помогли, но ничего не произошло. А когда адвокат составил жалобу и она попала во все инстанции, стало только хуже: случился большой переполох, и мой работодатель сказал, что больше не будет мне платить. Единственные, кто нам помогает, — правозащитники из «Гражданского содействия». Когда нам отказывают в официальных учреждениях, их помощь даёт возможность жить здесь на законных основаниях.

Я рассчитываю сам на себя и снимаю квартиру. Но цены на жильё ужасные: у меня русская жена на третьем месяце беременности, и нам даже есть нечего. Никогда не мог представить, что в России я не смогу прокормить себя, свою жену и будущего ребёнка. Всего-то и надо: документы, чтобы работать.

Мы — сирийский народ — хотим работать и создавать семьи. Мы бы хотели, чтобы большие люди услышали нас и вошли в положение. Помощь беженцам — это реклама для вашей страны, реклама того, что Россия — земля добра. Да, Европа манит нас, и некоторые, получив гражданство здесь, хотят уехать туда из-за проблем в Москве. Я тоже могу уехать в Европу и подать там на гражданство, ведь здесь я не в силах получить даже регистрацию. Но я не хочу ехать в Европу, просто чтобы есть и спать. Я верю, что всё будет хорошо, и я получу необходимые документы. Надеюсь, что россияне услышат мой призыв: я, человек, который потерял веру и надежду, прошу их о помощи. А если нет, вернусь обратно в Сирию и там умру.

Мухаммед

«Перед нами закрыты все ворота»: Сирийские беженцы — о войне, взятках и Владимире Путине
Мухаммед / Автор: Яся Фогельгардт

Раньше я приезжал в Россию по работе — у меня был контракт с компанией по производству трикотажа. Как правило, я находился тут полгода, возвращался домой на такой же срок, обновлял визу — и снова сюда. После того как ситуация в Сирии ухудшилась, мне стало некуда возвращаться. Свой дом я не видел уже четыре года — пришлось убежать из родного города Алеппо, чтобы как-то спастись. В последние годы, возвращаясь в Сирию, я жил в другом городе, но ситуация стала критической и там.

На родине я был бы обязан присоединиться к одной из воюющих сторон. В любом регионе, где есть террористическая группировка, молодого человека заставляют в неё вступить — в противном случае ему приходится покинуть этот район. Кроме того, регулярная сирийская армия призывает вообще всех. Если начать воевать, придётся убивать своего друга, брата, свой народ — это просто ужасно. Я находился в одном месте под обстрелом на протяжении 20 дней. Все мои друзья там погибли, а я остался жив — с осколком в теле. В Сирии осталась моя семья, у меня там четверо детей — три девочки и один мальчик, которым нужно есть. Они сейчас находятся на границе с Турцией, формально — ни в той, ни в другой стране. Я бы взял их с собой, но нет никакой возможности их перевезти. Здесь перед нами закрыты все ворота.

В России я только мучаюсь. Одна из проблем — это то, что мы работаем почти без выходных. Раньше у меня был свой цех, и на меня работали. Теперь я сам стал рабочим. Оборудование для нашего цеха мы привезли из Сирии через Турцию, там же его и растаможивали, а теперь работаем здесь по 12 часов в сутки с выходным раз в две недели. Вторая трудность — отсутствие документов: в ФМС отказывают в статусе беженца, и, когда работодатель увидел, что у меня нет документов, тут же начался шантаж. На улице нас все время останавливает полиция, она заставляет платить штрафы и берёт взятки. С жильём проблем нет — я снимаю комнату рядом с цехом, арендодатель сам сириец, всё понимает.

Здесь я живу временно, если получится поехать в Европу — уеду, почему бы и нет. Там можно воссоединиться с семьёй, чтобы я всё время не волновался за них. Но в будущем я хотел бы вернуться домой, в Сирию.

Абдул Кадер

«Перед нами закрыты все ворота»: Сирийские беженцы — о войне, взятках и Владимире Путине
Абдул Кадер / Автор: Яся Фогельгардт

В Сирии у меня никого не осталось, все убежали: два брата — в Саудовскую Аравию, кто-то — в Турцию, кто-то — в Ливан, а я — сюда. Вся семья теперь разбросана по разным странам, а нашего дома уже нет.

В Россию я приехал, потому что знал, что она — друг для Сирии. Сперва получил туристическую визу, а потом уже не захотел возвращаться. Но живётся здесь очень плохо: мы убегали от войны, но и здесь нам приходится бороться, только теперь уже из-за денег. В ФМС от нас всегда требуют большие суммы. Первый раз, когда я подавал документы на временное убежище, у меня всё получилось, а второй раз мне отказали и попросили заплатить 70 тысяч рублей. Конечно, таких денег у меня нет. Есть люди, которые действительно платили, но в обмен ничего не получали. Всё это махинации, обман и коррупция. Мы сами хотим легализовать своё пребывание здесь, но нам не дают. Некоторых даже депортировали из-за отсутствия нужного документа. У меня есть русская девушка, она ходит со мной в ФМС и защищает меня там. Она говорит: «Как вы можете заставлять его платить какие-то деньги, он же беженец!» Полицейские проводят проверки в нашем цехе, а у нас нет документов. В такой ситуации сам начинаешь думать: платить ему, чтобы он отпустил меня, или нет? У нас берут деньги, зная о ситуации в Сирии, — это грустно.

Я очень уважаю русский народ, потому что он всегда уважал нас и чувствовал наши страдания. Мой дядя, например, женат на русской, она у нас жила. До войны и нас больше уважали, а после её начала ваше государство перестало помогать.

В Сирии я получал хорошие деньги, у меня была квартира и я мог позволить себе жениться. Здесь я мучаюсь из-за каждых ста рублей. Раньше я работал, чтобы как-то помогать своим близким, а сейчас денег хватает только на собственное существование. Я думал о том, чтобы уехать в Европу, но у меня там нет друзей. Если я буду вынужден, то, конечно, уеду, хотя хотел бы остаться здесь. Когда-нибудь мы встанем на ноги, вернёмся на свою родину и будем уважать друг друга. Дай бог, чтобы закончилась эта война.

Манна Абдулла

«Перед нами закрыты все ворота»: Сирийские беженцы — о войне, взятках и Владимире Путине
Манна Абдулла / Автор: Яся Фогельгардт

Я живу в городе Фрязине и на протяжении трёх лет работаю на фабрике — по 12 часов в сутки и без выходных. Здесь уже восемь лет живёт мой брат, и раньше я приезжал сюда время от времени по визе, а год назад смог получить статус беженца. Но срок этих документов истёк, и в их продлении мне в устной форме отказали в ФМС. В подмосковном отделении службы сказали, что нужно ждать постановления. Поехать обратно я уже не могу — в Сирии война, и там придётся идти в армию. На родине осталась вся моя семья — сам я спасся еле-еле, а родители, сёстры и братья просто не смогли уехать. Очень за них беспокоюсь, ведь там творится ужас, хотя я мало что знаю о происходящем. В России всё сложно: документы не оформить, нормальной работы нет, жить негде, на улице мешает полиция, приходится постоянно платить им деньги. Уезжать в Европу не хочу. Боюсь, там всё будет ещё хуже.

Мухаммед

«Перед нами закрыты все ворота»: Сирийские беженцы — о войне, взятках и Владимире Путине
Мухаммед / Автор: Яся Фогельгардт

В Россию я приехал недавно — здесь у меня был родной дядя. Я приехал к нему, а он улетел в Америку. У меня так не получилось. Здесь я обратился за временным убежищем, три месяца ходил туда-обратно и ничего не получил. Потом заплатил 30 тысяч рублей, и какие-то документы мне оформили. Я написал заявление в ФМС с просьбой снова запустить процедуру получения статуса беженца, теперь всё должно проясниться за три недели. Раньше я пытался получить этот статус около пяти раз, но всё впустую. В устной форме мне говорят, что просто так ничего не получится — надо платить, а платить нечем. Теперь, наверное, придётся ехать в Турцию.

Я не ожидал, что встречу здесь столько проблем. Раньше я работал в магазине дяди, но он его продал, и я не знаю, что делать. В Сирии я делал свадебные платья, хотел заниматься этим и здесь, но не вышло. Уже шесть месяцев я сижу без работы и, соответственно, без еды и жилья. МЧС России вывозит беженцев, но здесь они могут рассчитывать только на себя. Некоторые покупают визы, это 3 тысячи долларов, а потом обращаются за временным убежищем. Основные проблемы здесь у беженцев с семьями: чтобы ребёнок попал в школу, нужна справка о прививках. Как будто люди думали о справках, когда бежали.

Редактор Таня Клёнова

Фотографии: Яся Фогельгардт

Редакция The Village благодарит комитет «Гражданское содействие» за помощь в подготовке материала.

Read more
Hooray! We have collected 106 500 rubles
Нападение в «Магните»: продавец избила покупательницу

This money cured the victim at the hands of an employee of “Magnit” corporation. We ask you to support migrants and refugees so that we can respond in time and save the lives of families.

We spend 100% of your money on helping those in need

×
Scroll Up