История семьи Алижоновых

Все началось два года назад, когда главу семьи арестовали на 15 суток якобы за оскорбление незнакомой женщины. На самом деле все это время СНБ склоняла его к сотрудничеству. Он согласился, вышел на свободу, но «сотрудничать» не захотел и бежал в Россию.

Государства-участники обеспечивают, чтобы ребенок не разлучался со своими родителями вопреки их желанию,  за исключением случаев, когда компетентные органы,  согласно судебному решению, определяют… что такое разлучение необходимо в наилучших интересах ребенка»
(Конвенция ООН о правах ребенка, статья 9)

Материнство и детство, семья находятся под защитой государства. Забота о детях, их воспитание — равное право и обязанность родителей.
(Конституция РФ, статья 38)

Если вы живете в Узбекистане и решили поехать со своими детьми за границу — не думайте, что это будет просто: взяли и поехали. Чтобы вывезти за границу собственных детей, вам придется получить разрешение Службы национальной безопасности (СНБ) Узбекистана. А чтобы получить такое разрешение, нужно собрать кучу справок — в том числе справки от участкового и из школ, где учатся ваши дети. О чем эти справки — неизвестно: участковые и директора школ передают эти справки в паспортный стол в запечатанных конвертах. Дать или не дать справку — зависит от директора и участкового: так что сначала они решают, сможете ли вы выехать за границу со своими детьми. Но даже если вы собрали все нужные бумажки — СНБ может не разрешить вам вывезти собственных детей.

Скажете, что это чушь? Что такого быть не может?

А вот Юлдуз (имя изменено) вывезти в Россию ее четверых детей не разрешили.

Все началось 2 года назад, когда ее мужа арестовали. Юлдуз со свекровью 2 недели искала его везде, где только можно. Потом его освободили, сказав, что он отсидел 15 суток за то, что он оскорбил какую-то неизвестную ему женщину. На самом деле все это время СНБ склоняло его к сотрудничеству. Он согласился, вышел на свободу, но «сотрудничать» не захотел и бежал в Россию.

После отъезда мужа к Юлдуз зачастили из милиции и СНБ: приходили почти каждую неделю, спрашивали про мужа, давали ему срок для возвращения в Узбекистан, а в противном случае угрожали ей и другим родственникам, говорили, что если муж не вернется по-хорошему, то его привезут по-плохому. Потом у Юлдуз провели обыск. Из-за постоянных визитов правоохранителей соседи стали сторониться Юлдуз, она чувствовала себя, как прокаженная. В конце концов она попросила «сотрудников», чтобы они к ней больше не приходили, а вызывали ее к себе.

Однажды к Юлдуз пришел секретарь махалинского комитета и сказал, что в комитете провели собрание, обсуждали ее семью и поручили одному из соседей следить за ней и докладывать в СНБ.

Год назад муж сообщил Юлдуз, что подал в России на статус беженца, попросил ее приехать к нему вместе с детьми, и Юлдуз начала оформлять разрешение на вывоз детей. Полгода собирала бумаги: участковый три месяца не давал справку, директор школы долго не хотел давать справку. Наконец, все документы были готовы. Из паспортного стола Юлдуз в этими документами отправили в районный отдел по борьбе с терроризмом (?!). Начальник отдела сказал, что не может выпустить ее с детьми за границу без разрешения своего начальства. Когда через несколько дней Юлдуз пришла к нему, он сказал: «Ты никуда не выедешь». Юлдуз попросила письменный отказ — он заявил: «Я — для тебя закон, убирайся!».

После этого Юлдуз поехала в областное управление СНБ, ее целый месяц не принимали. Потом все-таки приняли, сотрудник снял ксерокопии всех документов, записал данные всех родственников Юлдуз, сказал, что она может взять только двух младших детей, в Москве узнать, в какие организации ходит ее муж, с кем общается, вернуться и сообщить обо всем этом ему. Но в конце разговора он сказал: «Нет, мы все равно тебе не верим, выехать с детьми ты не сможешь».

Юлдуз оставила детей у родных и выехала в Москву к мужу, обратилась в миграционную службу за статусом беженца, но ей отказали. Причины отказа в решении были сформулированы так: во-первых, Юлдуз «конкретных фактов преследований» не привела, во-вторых, с письменным заявлением об оформлении детям разрешения на выезд не обращалась, а в третьих, действия сотрудников милиции и СНБ по отношению к ней «проводились в соответствии с законными правами, которые предоставляет государство правоохранительным органам».

Напоминает известный одесский анекдот, не правда ли? «Во-первых, я у тебя таз не брала, во-вторых, когда я его у тебя брала, он уже был с дыркой, в-третьих, когда я его тебе вернула, он был без дырки».

Юлдуз пожаловалась на это решение в ФМС России. В своем заявлении она, в частности, написала: «Если в УФМС России по г.Москве все эти действия по отношению ко мне и моей семье считают правомерными, то, значит, представления УФМС России по г.Москве о законности и правах человека сильно расходятся с общепринятыми».

Как оказалось, представления ФМС России о законности и правах человека столь же далеки от общепринятых: не утруждая себя аргументами, ФМС просто проштамповала отказ московской службы.