Верховный суд подтвердил право детей учиться

В среду, 16 сентября на пресс-конференции сотрудники «Гражданского содействия» рассказали, как позиция Минообрнауки, которая легла в обоснование решения Верховного суда, помогла некоторым из родителей устроить детей в школы в регионах. Однако, несмотря на четкое разъяснение Верховного суда, что единственной причиной отказа в приеме может быть отсутствие мест, школы Москвы брать детей без регистрации по-прежнему не хотят: мешает письмо Департамента образования.

решение верховного суда гражданское содействие

В среду правозащитники представили журналистам мотивированное решение Верховного суда, который 27 августа не удовлетворил жалобу на приказ Минобрнауки №32, регламентирующий прием в школу. В своем решении судья Иваненко точно сформулировал: «Отсутствие перечисленных документов (регистрации ребенка по месту жительства или пребывания, а также документов, подтверждающих право родителя на пребывание в РФ, — прим. авт.), предъявление которых носит дополнительный характер по отношению к личному заявлению родителя ребёнка, <…> не может являться основанием для отказа в приёме ребёнка в образовательную организацию при наличии в ней свободных мест». Полный протокол суда можно прочитать здесь, текст решения — здесь.

«Решение судьи Иваненко имеет несколько противоречивый смысл, — прокомментировал текст юрист сети «Миграция и право» ПЦ «Мемориал» Михаил Кушпель, представлявший заявителей на суде. — Например, написано: «сами нормативные положения вследствие их однозначного толкования не образуют правовой неопределённости». Однако это не так. В процессе судебного разбирательства мы неоднократно ставили вопрос о том, что случаи отказов носят системный характер».

На пресс-конференцию приехали семьи беженцев, которым помогает «Гражданское содействие». Глава сирийской семьи Мухаммед Бабели рассказал, что он, благодаря публичным заявлениям Минобрнауки, даже смог добиться, чтобы детей приняли без регистрации — но столкнулся с тем, что у него потребовали справки о прививках. Их он предоставить просто не может: все бумаги семьи сгорели вместе с домом в Алеппо.

Афганец Харун Шах Дауд Шах, отец девяти детей, пока не смог устроить в школу ни одного из них. «У нас пять детей школьного возраста, но никто не учится в школе. Не берут без регистрации, хотя у нас с женой есть свидетельства о предоставлении временного убежища, куда вписаны дети. Пока ребята ходят в Центр адаптации и обучения детей беженцев при Комитете «Гражданское Содействие», учат русский язык, математику».

Правозащитники подчеркнули, что на суде представители и Минобрнауки, и Минюста не спорили с заявителями по существу вопроса. Но они стояли на своем: обязательного требования регистрации или иных документов в приказе нет. «Мне кажется, что совершенно невозможно было в суде сказать «да, это правильно, детей без регистрации брать нельзя», — прокомментировала председатель Комитета Светлана Ганнушкина. — Но как странно: утверждая это, властные структуры отказываются разъяснить то, что они зашифровали в приказе. Я склонна считать, что это лукавство, что своим приказом они добились того, чего и хотели добиться — недопуска к образованию детей без регистрации».

Решение суда уже начало работать на пользу людей, рассказала заместитель председателя «Гражданского содействия» Анастасия Денисова. Но только в Московской области и регионах — так, Дуаа, дочку заявительницы Нассер Кавтхар, наконец взяли в школу города Пушкино: «Многим даже пришлось переехать, чтобы ребенок пошел в школу. В Москве, кроме приказа №32, есть временные правила приема Департамента образования от 14 октября 2013 года. В них, вопреки Приказу, четко закреплены требование регистрации сроком на год и электронный порядок подачи заявлений в школы. И 2 марта 2015 года директора школ получили записку от заместителя руководителя Департамента Татьяны Васильевой. Это письмо предписывает принимать детей в школы исключительно в электронном порядке, а также в соответствии с приказом №32 и временными правилами приема Департамента образования. Поэтому только пара семей смогли устроить своих детей в московские школы — не все директора понимают, что право решать, брать ученика в школу или нет, они должны принимать в соответствии с ФЗ: если письма Департамента ему противоречат, следует поступать по нормам федерального закона». По словам Анастасии Денисовой, сейчас сотрудники «Гражданского содействия» обсуждают, что именно нужно предпринять, чтобы форма приема была пересмотрена в соответствии с решением Верховного суда. Что же касается тех детей, которым угрожают исключением, то здесь нужно обратить внимание на решение тверского суда, который признал исключение детей без РВП и регистрации из школы неправомерным.

Анастасия Денисова также подчеркнула, что Комитет готов оказывать правовую поддержку директорам школ, которые, по их словам, находятся под сильным давлением со стороны ФМС и прокуратуры. Сотрудники ведомств угрожают директорам школам наказанием за нарушения, определенные статьями КоАП 18.10 (Осуществление иностранным гражданином трудовой деятельности без разрешения на работу либо патента), 18.11.2 (Непредставление представителям исполнительной власти информации об иностранных гражданах) и 18.9.3 (Оказание иных услуг иностранному гражданину, находящимуся в РФ с нарушением установленного порядка), но эти статьи не обязывают школы проверять у родителей документы. Та же статья 18.11 вполне позволяет директору подавать по требованию сотрудников ФМС сведения общего характера, например, число детей без регистрации. «Людей запугивают, что с ними поступят так, как будто они нелегально нанимают работников. Но дети — это же не работники, это просто дети, наши дети. Они должны чувствовать себя здесь, как дома, — добавила Светлана Ганнушкина. — Наша работа направлена на то, чтобы помочь конкретным людям и детям. Но это очень важно для нашего общества и государства в целом. Не брать детей в школу — неразумно. Дети не должны шататься по улицам, где их может аккумулировать криминальная среда. Это прекрасно понимали в советское время, когда, несмотря на крепостную систему прописки, всех детей брали в школу и следили за тем, чтобы они ее посещали. Такие дети становятся носителями нашего языка и культуры, и я считаю, что наша культура того стоит».

Елена Срапян,  «Гражданское содействие».