«Указания сверху запаздывают»

Украинцев, которым помогала правозащитница Татьяна Котляр, опрашивают по второму кругу.

На столе судьи Мирового суда города Обнинска Дмитрия Трифонова лежат рапорты пристава о невозможности привода четырех свидетелей по делу о «резиновой квартире» правозащитницы Татьяны Котляр.

Руководителя калужского регионального общественного движения «За права человека» обвиняют в фиктивной, то есть без права проживания, постановке на учет 176 беженцев (175 из них – с Донбасса), статья 322.2 УК РФ. Это уже второе уголовное дело в отношении правозащитницы. В первый раз Котляр обвинялась в нарушении статьи 322.2 УК РФ («фиктивная регистрация») плюс 322.3 УК РФ («фиктивная постановка на учет»). Тогда ее признали виновной, назначили штраф в размере 150 тысяч рублей и амнистировали.

На данный момент сроки давности по второму уголовному делу уже истекли, но Татьяна Михайловна не соглашается прекратить дело по нереабилитирующим основаниям. Правозащитница подчеркивает, что действовала в условиях крайней необходимости. «Не моей конечно, а их, беженцев», – поясняет Котляр.

Глава движения «За права человека» в ходе заседаний регулярно повторяет, что у беженцев нет принимающей стороны в России, они бежали от войны, и тут их никто не ждал. В идеале их должны разместить и зарегистрировать в Пунктах временного размещения (ПВР) российские власти. Но в Калужской области ПВР закрылся еще в 2015 году, да и пока работал, его двери были открыты только для беженцев, которых в массовом порядке вывезли из Восточной Украины, а тех, кто покинул страну самостоятельно, в Пункт не пускали.

Если не власти, то ставить беженцев на учет должны люди, которые сдают мигрантам квартиры. Но почти в 100% случаев этого не происходит: хозяева юридически не подкованы, и боятся, что поставленный на учет иностранный гражданин сможет как-то повлиять на их право собственности.

Без регистрации же в России нельзя ступить и шагу: ни подать документы на временное убежище, ни устроиться на работу, ни записать ребенка в школу (хотя это незаконно, и Комитет «Гражданское содействие» активно борется с этим нарушением прав детей). Котляр прописывала беженцев у себя, чтобы дать им возможность легализоваться на территории РФ. Благодаря правозащитнице многие украинцы уже получили российское гражданство в рамках Государственной программы переселения соотечественников, действующей на территории Калужской области (подробнее – здесь).

Тянут потянут

Примечательно, что гособвинитель в судебном процессе Котляр – Татьяна Демехина – стала особенно активна только ближе к прениям сторон. Вместо перехода к финальной части судебного процесса, прокурор запросила вернуть дело на стадию судебного следствия, и это было поддержано судом.

Добившись своего, гособвинитель ушла в отпуск. Вместо нее на следующее заседание пришел Михаил Лютин. В гражданской одежде, с бумажкой наготове он задавал вопросы строго по тексту, плавно переходя от первого к последнему и лишь иногда отвлекаясь на вибрировавший в кармане телефон.

«Кульминационным» в разговоре с каждым свидетелем был вопрос: «Оказывала ли Котляр правовую помощь по вопросам регистрации?». Беженцы явно вопрос не понимали, и отвечали, как могли: «да, зарегистрировала у себя в квартире» или «да, обращалась в ФМС, чтобы зарегистрировать меня». Гособвинитель, казалось, тоже не совсем понимал, в чем суть вопроса. Но исправно задавал его, немного медля в ходе формулировки.

«Это определение – «правовая помощь» – оно из президентского гранта, который был выделен моей организации на помощь украинским беженцам в 2016 году, я его сама сформулировала. Я рассказывала людям, что говорит закон, как им легализоваться на территории России. Давала информацию про Госпрограмму переселения соотечественников. Вот это и есть правовая помощь, а что под этим понимает гособвинитель, я не знаю», – сказала Татьяна Котляр в ходе заседания 23 августа.

Председатель Комитета «Гражданское содействие» Светлана Ганнушкина считает, что растягивание процесса связано с полученными «указаниями сверху». Точнее, с их запозданием, считает адвокат Татьяны Котляр, юрист сети «Миграция и Право» ПЦ «Мемориал» Илларион Васильев: «Дело, несмотря на резонанс, выглядело для прокуратуры шаблонным. Все было ясно. Но на последнем заседании Котляр представила суду президентский грант и премию, полученную на его реализацию. Прокурор же попросила перед прениями отложить суд, наверное, чтобы согласовать позицию с местным руководством. И в этот момент, все проснулись: как так, ведь президентский грант не может быть направлен на преступную деятельность, нужно исправить. И в Обнинскую прокуратуру поступили детальные указания возобновить судебное следствие, разобраться, на что давался грант, а также задать вопросы свидетелям касательно того, в чем заключалась правовая помощь Котляр. Видимо, теперь именно на гособвинителе Демехиной лежит персональная ответственность за исполнение поручений сверху. Она и будет повторно выступать в прениях, а никак не подменяющий ее в процессе прокурор».

Во все инстанции

На заседании 23 августа Татьяна Котляр ходатайствовала о приобщении к делу ее жалоб, обращений и многочисленных писем в прокуратуру, в калужскую администрацию, Министерство образования и уполномоченному по правам человека с просьбой помочь разрешить проблему регистрации беженцев. Только на перечисление с пояснениями всех написанных Котляр запросов ушел час. «А то вы спрашиваете у свидетелей, обращалась ли я по их вопросу в органы власти», – прокомментировала свое выступление правозащитница.

На самом деле, последние годы своей жизни Котляр только и делает, что обращается к органам власти с попыткой привлечь внимания к проблеме регистрации иностранных граждан на территории РФ и Калужской области в частности. Ведь на самом деле мигрантов могут ставить на миграционный учет по месту работы, а детей – по месту учебы. Но никто, никто на это не идет. «Поэтому я и регистрирую их у себя, а что делать, оставить людей в их безвыходном положении?», — недоумевает Котляр.

Следующее заседание назначено на 28 августа, 14.45 (Мировой суд города Обнинск).

Дарья Манина, Комитет «Гражданское содействие»

Фото: Любовь Мосеева-Элье