Россия пошла против ЕСПЧ: похищен беженец из Таджикистана

Работавший в мясной лавке при исторической мечети на Новокузнецкой Хуршеддин Фазылов оказался беженцем неожиданно: республика Таджикистан обвинила его в вербовке таджикских граждан и отправке их в Турцию. ЕСПЧ защитил Фазылова от выдачи, но это не помогло: в обход всех законных процедур и в нарушение международного законодательства 15 июля его насильно вывезли из России.

Отец четверых детей Хуршеддин Фазылов приехал в Россию с той же целью, что и многие другие его соотечественники – заработать. Осенью 2014 года он уже трудился мясником в кафе исторической мечети на Новокузнецкой. Мы давно и хорошо знакомы с этой мечетью: так, раньше в ее кафе бесплатно кормили неимущих беженцев из мусульманских стран.

Спустя полгода прокуратура Республики Таджикистан обвинила Фазылова в том, что он в процессе работы вербовал десятки других таджиков в ИГИЛ и за свой счет отправлял их в Турцию для дальнейшей переправки через Сирию. Было возбуждено уголовное дело, и в мае Фазылова уже объявили в международный розыск. Уже в июле его задержали в Москве. 16 июля решением Замоскворецкого районного суда Хуршеддина поместили в СИЗО №4.

При этом ни Федеральная служба безопасности РФ, ни сотрудники МВД и прокуратуры, которые тщательно отслеживают террористическую активность на территории России, никакой информацией о «преступных действиях» Фазылова не располагали, о чем и сообщили в официальных письмах. А представитель МИДа и вовсе обратил внимание сотрудников прокуратуры на важность соблюдения процедуры получения убежища и на возможное обращение Фазылова в ЕСПЧ:

В августе пришел запрос о выдаче. Стало понятно, что ситуация катастрофическая – обвиняемым по таким делам на родине грозят жесточайшие пытки и длительное заключение, при этом доказать свою невиновность законными способами абсолютно невозможно. В «Выводах и рекомендациях Комитета против пыток», принятых по результатам рассмотрения доклада Таджикистана на 37-й сессии Комитета ООН, указано:

«Существуют многочисленные утверждения о широком распространении практики пыток и жестокого обращения со стороны персонала правоприменительных и следственных органов, в частности, для получения признаний для использования в ходе уголовного судопроизводства. Кроме того, не принимаются профилактические меры для обеспечения эффективной защиты всех членов общества от пыток и жестокого обращения». Кроме того, именно заключение по фальсифицированному обвинению и пытки – один из распространенных способов вымогательства в странах Центральной Азии.

Хуршеддин начал искать помощь. В начале осени он связался с юристом сети «Миграция и право» ПЦ «Мемориал» Розой Магомедовой, которая проконсультировала его. По ее совету 25 ноября Фазылов уже направил ходатайства о предоставлении ему статуса беженца или временного убежища на территории России. В феврале ему отказали. Он обжаловал отказ в вышестоящий суд.

Не дожидаясь решения по жалобе, Генеральная прокуратура РФ вынесла постановление о выдаче Хуршеддина Фазылова в Республику Таджикистан. Заявитель и его адвокаты обжаловали постановление прокуратуры в Мосгорсуд. Но Мосгорсуд жалобы не удовлетворил. Мы подали апелляцию в Верховный суд, и одновременно 11 июля 2016 года Роза Магомедова написала в Европейский суд по правам человека заявление о принятии обеспечительных мер для предотвращения экстрадиции Фазылова.

13 июля ЕСПЧ решил применить в отношении Фазылова 39 правило Регламента суда, запрещающее выдачу заявителя и указать властям РФ на недопустимость экстрадиции Фазылова. Но 14 июля Верховный суд оставил в силе решение Мосгорсуда и постановил выдать Хуршеддина Таджикистану. Хотя суд приобщил обращение на 39 правило к материалам дела.

Срок содержания Фазылова под стражей истек 15 июля. Утром Ольга Голуб, второй адвокат Фазылова, поехала к нему в СИЗО. Они пообщались, потом Ольга направилась в спецчасть СИЗО и напомнила, что по делу Фазылова получено 39 правило, и что у него истекает предельный срок содержания под стражей. Но до обеда Фазылова не отпускали.

«В то же время я начала звонить прокурору, прокурор трубку не брал. Мы заранее договаривались ехать в прокуратуру, и Ольга поехала ко мне, – рассказала Роза. – На проходной я спросила, на месте ли Руслан Грашин, прокурор по этому делу. Мне сказали, что да. А уже около его кабинета дежурный прокурор мне говорит, что Грашин уехал в округ. Я поехала обратно, был уже вечер, в изолятор я приехала после пяти. Можно сказать, что мне повезло: в СИЗО как раз заходили члены ОНК, их-то я и попросила проверить, на месте ли Фазылов. И когда они подтвердили, что его в СИЗО нет, стало понятно: можно больше не искать».

По словам Розы Магомедовой, сотрудники ОНК сообщили, что Фазылова забрал спецконвой ФСИН. Адвокаты отправили факсы во все аэропорты, в ФСБ, МВД, ЕСПЧ, но ничего не помогло – спустя несколько дней родственники выяснили, что Хуршеддин уже в Таджикистане, находится в одной из тюрем Душанбе.

Адвокат считает обвинения против Фазылова необоснованными: «Наши спецслужбы, как следует из писем, не нашли в действиях Хуршеддина состава преступления. Получается, что таджикским гражданам виднее, что происходит в Москве? И какая спешка – его вывезли, как только ушла адвокат. Спецконвой. Я в числе прочего подала жалобу лично от себя на Петровку, 38, что прокурор и конвой превысили должностные полномочия».

Подобные внеправовые выдачи граждан Таджикистана и Узбекистана спецслужбам их родных стран – увы, распространенная практика в России. Мы уже неоднократно описывали печальную историю продюсера Мирсобира Хамидкариева, который на момент похищения также находился в процедуре получения убежища, и наш суд обязал ФМС предоставить ему статус. А в сентябре 2015 года «добровольно покинул Россию» (так говорится в материалах дела) гражданин Узбекистана Зухреддин Рахимов, в отношении которого ЕСПЧ также применил 39 правило. Есть основания полагать, что ни о какой добровольности не может быть и речи: Рахимова похитили, считает его адвокат и юрист сети «Миграция и право» ПЦ «Мемориал» Илларион Васильев. Но это редкая история со счастливым концом: 3 декабря 2015 года власти амнистировали Зухреддина Рахимова, и уже 7 февраля суд освободил его. Как правило, в Узбекистане подобного исхода можно добиться, заплатив крупную взятку.

По аналогичной схеме 1 июля похитили гражданина Узбекистана Олима Очилова, который также находился в процедуре получения убежища и также был защищен 39 правилом Регламента ЕСПЧ. Делом Очилова занимаются юристы из «Института прав человека».

Есть основания утверждать, что за выдачу каждого такого подозреваемого российские спецслужбы получают крупные премии. Что касается самих жителей Центральной Азии, обвиняемых по сфальсифицированным делам, то их перспективы ужасны.

Комитет «Гражданское содействие» выражает возмущение действиями сотрудников спецконвоя и прокуратуры. Отметим, что и сотрудники управления МВД в аэропорту (предположительно Фазылова вывезли из Домодедово) не воспрепятствовали похищению человека, права которого защитил международный суд. Эти действия воспринимаются ЕСПЧ как грубое нарушение Статьи 34 Конвенции, и мы уже подаем соответствующую жалобу. Виновные в похищении должны быть найдены и наказаны.

Елена Срапян,  «Гражданское содействие»