Предотвращено похищение беженца из Узбекистана

Шахобиддин Уринов приехал в Россию работать несколько лет назад. 21 мая 2013 года он был осужден по части 1 статьи 186 УК РФ (изготовление или сбыт поддельных денег или ценных бумаг) на два с половиной года лишения свободы. Шахобиддин попался, когда рассчитывался пятитысячной купюрой, которую ему заплатил работодатель. Деньги оказались фальшивыми. Под давлением полиции Уринов признался, что сбывал деньги заведомо, зная, что они фальшивые. Он надеялся, что его отпустят.

Отбывать наказание Уринова отправили в исправительную колонию №5 в поселок Нарышкино Орловской области.

Тем временем в Узбекистане Шахобиддина объявили в розыск — об этом ему рассказали родители. На них оказывала психологическое давление Служба национальной безопасности (СНБ) Узбекистана, которая требовала сообщить, где он находится. Позднее из запроса СНБ стало ясно, что на родине Уринова обвиняют в нарушении ряда статей УК РУ, в частности: 159 (посягательство на конституционный строй Республики Узбекистан), 244/2 (создание религиозно-экстремистских, сепаратистских, фундаменталистских и других запрещенных организаций, руководство ими или членство в них) и 155 (терроризм).

Узнав о наличии уголовного преследования в Узбекистане, Уринов обратился к адвокату сети «Миграция и Право» Правозащитного центр «Мемориал» Иллариону Васильеву.

«Посетив Шахобиддина и пообщавшись с руководством колонии и прокуратурой, я понял, что экстрадировать Уринова в порядке, предусмотренном уголовно-процессуальными нормами, никто не собирается, — рассказал адвокат Васильев. — Начальник колонии сообщил, что намерен передать Уринова работникам ФМС, чтобы те попросту выдворили его в Узбекистан, как только он освободится».

Действительно, 7 апреля 2014 года Минюст России признал нежелательным проживание Шахобиддина Уринова в РФ, обосновав это тем, что Шахобиддин якобы нарушил порядок пребывания в стране. Каким образом ему удалось это сделать, находясь под стражей, разъяснено не было. В колонии стали готовить документы для высылки Уринова в Узбекистан.

Весной 2015 года Илларион Васильев обратился в Генеральную прокуратуру с заявлением об обязательном проведении экстрадиционной проверки — анализа возможности выдачи Уринова после освобождения.

Адвокат Васильев также помог Уринову составить заявление об убежище. Таким образом, он попал в процедуру определения статуса, что по закону обезопасило его от немедленной выдачи.

«3 апреля 2015 года я приехал в Урицкую прокуратуру Орловской области, чтобы добиться начала проверки. Это мне удалось. После освобождения из колонии Уринов был помещен под стражу сроком на два месяца по решению Урицкого районного суда в связи с экстрадиционной проверкой. В начале июня срок был продлен еще на два месяца, — рассказал адвокат. — Такой результат нас вполне устраивает. Пока он под стражей, нет риска похищения. В Урицкой прокуратуре я встретил возмущенного начальника ИК №5. Он спорил с прокурором района и был явно недоволен тем, что выдача Уринова остановлена.

В изолятор мы приехали с работниками прокуратуры, и там я увидел машину с людьми азиатской внешности. Как только мы подошли, машина отъехала. Видимо, если бы я не проявил настойчивость, то Уринова незаконно отправили бы в Узбекистан. Мы собираемся добиться отказа в экстрадиции. В Узбекистане Уринова ждут пытки и несправедливое осуждение по тяжкому обвинению за преступления, которых он не мог совершить. Он ведь в это время отбывал наказание в российской колонии».

Правозащитные организации за последние два — три года зафиксировали около 20 похищений и незаконного вывоза из России граждан стран Центральной Азии, организованных их спецслужбами при содействии российских коллег. Есть все основания полагать, что услуги коллегам оказываются небескорыстно. 11 марта в колонии города Навои (Узбекистан) умер, не выдержав жесточайших пыток, Джавлиддин Ганиев. В это время он числился отбывающим наказание в орловской ИК №5. «Похищенного Ганиева в Узбекистане пытали ужасно, он умер после двух часов пыток – сердце не выдержало», — рассказал Илларион Васильев. Очевидно, сотрудники колонии передали Ганиева властям Узбекистана без экстрадиционной проверки.

Елена Срапян,  «Гражданское содействие».

Шахобиддин Уринов приехал в Россию работать несколько лет назад. 21 мая 2013 года он был осужден по части 1 статьи 186 УК РФ (изготовление или сбыт поддельных денег или ценных бумаг) на два с половиной года лишения свободы. Шахобиддин попался, когда рассчитывался пятитысячной купюрой, которую ему заплатил работодатель. Деньги оказались фальшивыми. Под давлением полиции Уринов признался, что сбывал деньги заведомо, зная, что они фальшивые. Он надеялся, что его отпустят.

Отбывать наказание Уринова отправили в исправительную колонию №5 в поселок Нарышкино Орловской области.

Тем временем в Узбекистане Шахобиддина объявили в розыск — об этом ему рассказали родители. На них оказывала психологическое давление Служба национальной безопасности (СНБ) Узбекистана, которая требовала сообщить, где он находится. Позднее из запроса СНБ стало ясно, что на родине Уринова обвиняют в нарушении ряда статей УК РУ, в частности: 159 (посягательство на конституционный строй Республики Узбекистан), 244/2 (создание религиозно-экстремистских, сепаратистских, фундаменталистских и других запрещенных организаций, руководство ими или членство в них) и 155 (терроризм).

Узнав о наличии уголовного преследования в Узбекистане, Уринов обратился к адвокату сети «Миграция и Право» Правозащитного центр «Мемориал» Иллариону Васильеву.

«Посетив Шахобиддина и пообщавшись с руководством колонии и прокуратурой, я понял, что экстрадировать Уринова в порядке, предусмотренном уголовно-процессуальными нормами, никто не собирается, — рассказал адвокат Васильев. — Начальник колонии сообщил, что намерен передать Уринова работникам ФМС, чтобы те попросту выдворили его в Узбекистан, как только он освободится».

Действительно, 7 апреля 2014 года Минюст России признал нежелательным проживание Шахобиддина Уринова в РФ, обосновав это тем, что Шахобиддин якобы нарушил порядок пребывания в стране. Каким образом ему удалось это сделать, находясь под стражей, разъяснено не было. В колонии стали готовить документы для высылки Уринова в Узбекистан.

Весной 2015 года Илларион Васильев обратился в Генеральную прокуратуру с заявлением об обязательном проведении экстрадиционной проверки — анализа возможности выдачи Уринова после освобождения.

Адвокат Васильев также помог Уринову составить заявление об убежище. Таким образом, он попал в процедуру определения статуса, что по закону обезопасило его от немедленной выдачи.

«3 апреля 2015 года я приехал в Урицкую прокуратуру Орловской области, чтобы добиться начала проверки. Это мне удалось. После освобождения из колонии Уринов был помещен под стражу сроком на два месяца по решению Урицкого районного суда в связи с экстрадиционной проверкой. В начале июня срок был продлен еще на два месяца, — рассказал адвокат. — Такой результат нас вполне устраивает. Пока он под стражей, нет риска похищения. В Урицкой прокуратуре я встретил возмущенного начальника ИК №5. Он спорил с прокурором района и был явно недоволен тем, что выдача Уринова остановлена.

В изолятор мы приехали с работниками прокуратуры, и там я увидел машину с людьми азиатской внешности. Как только мы подошли, машина отъехала. Видимо, если бы я не проявил настойчивость, то Уринова незаконно отправили бы в Узбекистан. Мы собираемся добиться отказа в экстрадиции. В Узбекистане Уринова ждут пытки и несправедливое осуждение по тяжкому обвинению за преступления, которых он не мог совершить. Он ведь в это время отбывал наказание в российской колонии».

Правозащитные организации за последние два — три года зафиксировали около 20 похищений и незаконного вывоза из России граждан стран Центральной Азии, организованных их спецслужбами при содействии российских коллег. Есть все основания полагать, что услуги коллегам оказываются небескорыстно. 11 марта в колонии города Навои (Узбекистан) умер, не выдержав жесточайших пыток, Джавлиддин Ганиев. В это время он числился отбывающим наказание в орловской ИК №5. «Похищенного Ганиева в Узбекистане пытали ужасно, он умер после двух часов пыток – сердце не выдержало», — рассказал Илларион Васильев. Очевидно, сотрудники колонии передали Ганиева властям Узбекистана без экстрадиционной проверки.

Елена Срапян,  «Гражданское содействие».