Как правильно помочь жертвам нападений на почве ненависти?

«Такие дела» публикуют инструкцию о том, что делать, если вы оказались свидетелем преступления на почве национальной ненависти.

В августе российские СМИ опубликовали новость об избиении дворника-мигранта в одном из спальных районов Москвы. Житель дома, где работал таджик Махмуд, выбил ему несколько зубов и откусил часть уха. Это случилось на следующий день после просьбы дворника убирать за собакой.

Защитником потерпевшего выступил комитет «Гражданское содействие». Махмуд получил первую медицинскую помощь, денежную компенсацию от агрессора и вернулся в Таджикистан для дальнейшего лечения.

«Такие дела» вместе Анастасией Денисовой, руководителем благотворительной программы помощи жертвам нападений на почве ненависти комитета «Гражданское содействие», подготовили инструкцию о том, как правильно помочь таким жертвам и что делать, если вы оказались свидетелем такого преступления.

Что значит «нападение на почве ненависти»?

Это насилие над человеком, которого нападающий считает членом какой-то этнической, религиозной или иной уязвимой группы, в том числе ЛГБТ. В английском языке используется термин hate crimes.

Нападают, как правило, несколько человек, убежденных в своем праве на насилие. Важная особенность — нападение совершается внезапно и носит очень агрессивный характер.

Яркий пример такого преступления — нападение на Сашу Ли. Саша — этнический кореец, приехал в Россию из Узбекистана. Давно жил в Москве, работал поваром в ресторане. В 2014 году его внезапно атаковала группа из пяти человек. Нападавшие выкрикивали: «Догоняй! Убивай! Узкоглазый!», были вооружены телескопическими дубинками и нанесли Саше серьезные травмы. В результате он долгое время был парализован.

Жертвы hate crimes часто не понимают причину такой внезапной агрессии. Когда мы приехали к Саше в больницу, он пытался выяснить у нас, почему это с ним произошло, за что его так жестоко избили.

История с Махмудом, напротив, не типичная. Все началось с замечания, которое Махмуд сделал супруге нападавшего. Дальше — нападение на дворника и его попытки защищаться. Но по тому, как агрессивно вел себя житель двора, нам кажется, что внешность и национальность дворника подогрели ощущение безнаказанности. Здесь есть признаки преступления на почве национальной ненависти.

Кто чаще всего становится жертвой таких нападений?

Чаще всего это вынужденные мигранты и беженцы. Совместно с информационно-аналитическим центром «Сова» мы ведем собственную (и единственную в России) статистику нападений на почве ненависти с 2010 года. Каждый случай, который наши специалисты относят к таким преступлениям, обозначается на интерактивной карте.

Сейчас в ней 600 зарегистрированных преступлений.

По нашей статистике, пострадавшими оказываются следующие категории:

уроженцы Центральной Азии — 178 нападений;

уроженцы Кавказа — 68;

ЛГБТ — 59;

темнокожие — 57;

бездомные — 56.

Для сравнения: в Великобритании таких жертв насчитывается десятки тысяч. Но не потому, что там более острая обстановка: дело в том, что в других странах внимательно считают и регистрируют каждое преступление, работают службы помощи жертвам. Россия по своим жертвам не отчитывается, но их точно не меньше.

Как определить, что произошло нападение на почве ненависти, а не какое-то другое преступление?

Специалисты «Гражданского содействия» задают потенциальным жертвам преступлений на почве ненависти ряд вопросов.

Сколько было нападавших? Как правило, их несколько.

Знакомы ли вы? Нападают внезапно и на незнакомых людей.

Был ли конфликт? Часто конфликта нет, агрессия начинается из-за ярких внешних различий, например, темной кожи, хиджаба на девушке, акцента в речи и т. д.

Что кричали нападавшие? Те, кто нападает на почве ненависти, кричат примерно одинаковые фразы: «Умри!», «Бей!», оскорбления, связанные с национальностью и внешностью. Но бывает и так, что удар ножом наносят после того, как сначала спокойно спросили дорогу.

Как выглядели нападавшие? Возраст, рост, отличительные черты, символика, татуировки.

Было ли оружие у нападавших? Часто нападающие используют подручные инструменты (бутылки, арматура), ножи и биты.

Как вы считаете, почему на вас напали? Это ключевой вопрос в нашей анкете. И очень показательно, что большинство жертв отвечают: «Не знаю». Оттого, что они многие годы не могут понять, почему вызвали такую агрессию, большинство после нападения приобретает серьезные психологические проблемы.

Что делать, если вы стали свидетелем преступления на почве ненависти?

Первое, что вы делаете, увидев, как избивают любого человека, — вызываете скорую и полицию. Даже если у человека нет ОМС, ему окажут первую помощь и могут взять в больницу на три дня.

Если у вас есть подозрение, что это было нападение на почве ненависти, звоните на нашу горячую линию +7 (903) 577-55-87. Наши специалисты подскажут, что делать. Если нужно, приедут.

Дальше важно не терять связь с потерпевшим. Жертвы таких преступлений сильно напуганы и растеряны, поэтому часто уходят, не оставив никаких контактов. Дайте пострадавшему человеку свой телефон и телефон нашей горячей линии — можно просто на бумажке написать и положить ему в карман. Он может не сразу понять, что ему нужна серьезная помощь, поддержка специалистов.

Также важно оставаться на связи самому — в качестве свидетеля защиты. Жертвы после избиения часто не могут описать нападавших. Если вы видели момент избиения, обратите внимание на внешность, одежду, отличительные черты нападавших, зафиксируйте эту информацию. Но если хотите сообщить в полицию, лучше сразу это делать через адвоката (или нашего, или своего). Главное — не самостоятельно, чтобы ваши показания были грамотно зафиксированы, их приняли и позже не использовали против самого потерпевшего.

Если вы решили сопровождать потерпевшего в больницу и оказывать дальнейшую помощь, также как можно быстрее пригласите к нему адвоката — прямо в больницу, до того, как туда придут следователи. В таких случаях потерпевшего часто склоняют к тому, чтобы не писать заявление или забрать то, которое он подал. Это может обернуться против него. Например, если он защищался от агрессора, последний может написать, что напали на него. В этом случае без заявления нашим адвокатам будет сложно отстаивать интересы реальной жертвы. Мы вступились за дворника Махмуда, потому что боялись, что его сделают виноватым. У того, кто его побил, тоже были травмы, когда Махмуд ему ответил.

Что должны знать потенциальные жертвы hate crimes?

Мы проанализировали преступления из нашей карты и сделали следующие выводы.

Вечер (с 18:00 до 23:00) — наиболее вероятное время для совершения нападений на почве ненависти. Исключение — ЛГБТ, нападения на них часто совершаются во время или после митингов или акций, которые происходят днем.

Для темнокожих, людей кавказской и азиатской внешности наиболее опасны транспортные объекты (железнодорожные платформы и станции метро) и места поблизости (самое большое количество нападений происходит в 700 метрах от транспортных артерий). Нападавшим оттуда легко сбежать. Но если там есть камеры, важно сразу обратиться к адвокату. Он может запросить запись, это поможет быстро установить личности нападавших.

Для бездомных также опасны безлюдные места (парки, лесополосы, промзона). Большинство нападений на ЛГБТ происходит в помещениях, в основном это квартиры, куда на встречу с жертвами обманным путем проникает агрессор, ведущий охоту на ЛГБТ.

Почему важно рассматривать такие преступления отдельно?

Во-первых, жертвой такого преступления может оказаться любой, кто подвернется под руку нападавшим, и они решат, что вы как-то не так выглядите, относитесь к одной из групп, к которой они испытывают ненависть.

Во-вторых, такие нападения сильно отличаются от бытовых тем, что наносят жертве не только физическую, но мощную психологическую травму с очень тяжелыми и длительными последствиями. Люди становятся жертвами из-за того, что не могут изменить. Для того чтобы это пережить, многие годами работают с психологом (в «Гражданском содействии» можно получить и помощь психолога).

В-третьих, в этом преступлении на самом деле три актора: жертва, нападавший и то «сообщество», которому преступник адресует свой месседж. Нападающие ведь не случайно обращаются к жертве во множественном числе.  Многие пострадавшие, отчаявшись наказать обидчиков, начинают упоминать свои диаспоры. Хотят обратиться к ним, чтобы отомстить. Мы на приеме объясняем всю опасность таких мыслей. Но можно представить, к каким страшным последствиям может привести такой самосуд в ответ на каждое преступление.

Чем можно помочь жертвам?

Очень важна медицинская и гуманитарная помощь, потому что жертвы часто не имеют права на бесплатное медицинское обслуживание. Даже у трудовых мигрантов могут быть сложности с получением лечения, которое нужно после нападения.

У нас в фонде работает врач, и мы помогаем деньгами тем, кому нужно серьезное лечение. Также оказываем психологическую помощь.

Гуманитарная помощь тоже очень актуальна: когда человек теряет способность работать из-за нападения, мы ему просто выдаем средства на жилье и еду в первый месяц.

И правовая помощь, о которой мы говорили. Вы можете найти адвоката для человека, которому в такой ситуации хотите помочь. Мы в комитете также предоставляем адвоката, который будет защищать потерпевшего и представлять его интересы. Есть много дел, в которых мы защищаем мигрантов или беженцев как нападавших. Хотя дело начиналось с того, что напали на них. Они боятся этого перевертыша. Боятся, к сожалению, обоснованно.

Стоит ли уговаривать пострадавшего, если он не хочет обращаться в полицию?

Очень важно понимать и принимать позицию человека, который оказался жертвой такого преступления. Не давить на него.

Побитые кроме стресса от физического насилия испытывают большой страх за свое будущее. У них часто сложное правовое положение в стране, они боятся дальнейших угроз, насилия в полиции.

Я лично и мои коллеги проговариваем и риски, и выгоды обращения в полицию. Стараемся аккуратно предложить сходить туда с волонтером или с юристом или даже чтобы юрист сходил туда по доверенности (это тоже возможно). Чтобы минимизировать эту травму. Но иногда люди не готовы даже на этот минимальный уровень участия — в этом случае не нужно настаивать.

Но мы стараемся описывать еще и долгосрочные плюсы обращения в полицию — так они защищают других потенциальных жертв. Если оставлять такие преступления без ответа, то в следующий раз этот же человек нападет на другого.

Пока наши самые успешные дела заканчивались публичными извинениями в суде и денежной компенсацией или принудительными работами. В сегодняшних условиях это уже хороший результат, который хоть как-то помогает защищать от нападений на почве ненависти в будущем. Особенно хорошо влияет судебный процесс на молодых людей. Они испытывают шок от публичного обсуждения в суде, в школе, об их преступлении узнают родители и т. д.

Нужно ли писать в СМИ и соцсетях о таких случаях?

Писать о таких делах нужно, потому что так преступник видит, что хотя бы перед кем-то будет отвечать. Также важно, чтобы на самом суде были СМИ — так мы влияем и на чиновников, которые могут пренебрежительно относиться к делам, где жертва — мигрант. В деле дворника Махмуда мы освещали и в СМИ, и в соцсетях каждый шаг. В том числе озвучили звание и фамилию следователя, который приходил в больницу и предлагал забрать заявление. На свету меньше гадостей происходит. Вся гадость делается в темноте, в полумраке.

Текст: Гульнара Гарафиева, «Такие дела»