«Там сейчас все, как в фильме ужасов»

Согласно данным ФМС, людей со статусом беженца в России крайне мало, их число не достигает 800 человек. В основном те, кто ищет здесь убежища, могут рассчитывать лишь на временный статус беженца, который длится всего год. Но даже если удастся его заполучить, никто не гарантирует, что он будет продлён в будущем. FURFUR встретился с четырьмя молодыми беженцами, чтобы записать их истории о бегстве, родной стране и жизни на нелегальном положении в России.

Вооружённые конфликты на Ближнем Востоке и нестабильная ситуация в странах Африки и Южной Азии привели к возникновению крупнейшего миграционного кризиса со времен Второй мировой войны. По данным агентства Frontex, в 2015 году в европейские страны прибыло 1, 82 миллиона беженцев, за первые месяцы 2016 года ещё 173 761 человек прибыли в Европу морем. Россия оказалась в стороне от большинства миграционных потоков — лишь один маршрут, пролегающий через сухопутные границы России с Норвегией и Финляндией, использовался для переезда в Европу. По данным агентства РИА «Новости», с октября по декабрь 2015 по нему проехало около 6000 человек.

Цвет насилия. Фотопроект Сергея Строителева

«Цвет насилия» — проект петербургского фотографа Сергея Строителева о нападениях на мигрантов и беженцев в России. «Меня всегда интересовали мотивы подобного насилия, поэтому я решил разыскать людей из самых разных стран, которые подверглись нападениям на почве расовой ненависти», — рассказывает фотограф. Строителев не только снял жертв преступлений, но и записал их истории. С разрешения автора «Медуза» публикует фотографии и рассказы девяти человек из проекта.

Франсис
48 лет, Конго. В России живет 4 года.

На Франсиса напали три года назад в Подольске поздно вечером около железнодорожной станции — трое молодых людей, хорошо одетых и немного разговаривающих по-английски.

За углом «большой» школы

Для этих детей 1 сентября не стало никаким праздником, а было обычным будничным учебным днем, к тому же грустным. Потому что пойти в обычную школу, где сегодня праздничные линейки, цветы и воздушные шары, они очень хотят, но не могут из-за отсутствия регистрации. А в своей они учатся до тех пор, пока ее в очередной раз не закроют. Корреспондент “Ъ” ЕКАТЕРИНА ИВАЩЕНКО встретила 1 сентября в компании детей беженцев из Сирии, которые живут в Ногинске и изучают русский язык в школе, созданной комитетом «Гражданское содействие» и УВКБ ООН.

Полтора часа на электричке от Москвы. Город Ногинск.

«Иди умирай в Алеппо»

В Москве, несмотря на заявления о выводе российских войск из Сирии и ослаблении боевых действий, все еще остается достаточное число беженцев из этой арабской страны. Они не хотят уезжать и пытаются получить в России официальный статус. Но большинство из них так и остаются нелегалами. МОСЛЕНТА пыталась понять, что удерживает сирийцев в стране, и почему их не хотят здесь видеть.

– Я люблю гулять Москва, люблю гулять девушка, – с небольшим акцентом говорит черноволосый аккуратно подстриженный мужчина и улыбается.
– Не «гулять девушка», а «гулять с девушкой», – поправляет его приятная женщина средних лет. Вокруг, за партами, сидят мужчины.

Нидерланды разместили беженцев в бывших тюрьмах

Мигрантам приходится жить в голландских камерах по полгода: репортаж Мухаммеда Мухайсена — двукратного лауреата Пулитцеровской премии и главы ближневосточного бюро The Associated Press.

Фотограф Мухаммед Мухайсен на протяжении последних лет он фотографирует беженцев. «Меня всегда интересовал вопрос: что происходит после того, как они попадают в Европу? — объясняет он. — Ведь на этом их путь не заканчивается».

Станция Идомени, конечная

Десятки тысяч беженцев, путь которым в Европу закрыт, оседают на границе Греции с Македонией. У греков сорвана посевная, у многих беженцев сорвана вся жизнь. Репортаж Екатерины Фоминой, «Новая газета» из «современного Дахау».

Лучше лечь на рельсы

На месте бывшей железнодорожной станции Идомени на границе с Македонией теперь целый город со своей кипящей жизнью. Беженцы ставят палатки по обе стороны железнодорожной колеи, на рельсах, на бывшей платформе, забираются в хозяйственные пристройки и находят там кровати, на которых раньше спали смотрители станции.

Молодожены из Турции вместо свадебного застолья накормили 4000 беженцев

Любые молодожены мечтают о шикарной свадьбе. Стол должен ломиться от роскошных угощений, гости — веселиться и провозглашать красивые тосты, а сами молодожены — выглядеть как принц с принцессой. Но эта пара из Турции решила все сделать совершенно иначе.

Деньги, отложенные на свадебный пир для родственников и друзей, они решили потратить на помощь беженцам из Сирии. В день своей свадьбы они не сидели за столом и не танцевали романтические танцы, а тяжело работали, раздавая еду сотням нуждающимся.

Как известно, из-за войны миллионы граждан Сирии бежали из своих домов за границу.

В стеклянной коробке: Как в аэропорту Шереметьево живет семья курдских беженцев. Фотоистория «Медузы»

«Медуза» уже рассказывала о семье курдских беженцев, которая с 10 сентября 2015 года находится в аэропорту Шереметьево. Хасан Аман Абдо, его жена Гулистан и четверо их детей (в возрасте от трех до 13 лет) пытаются укрыться в России, поскольку город, в котором они жили в Ираке, атакуют боевики «Исламского государства» (организация признана в РФ экстремистской, запрещена). Семью задержали на границе, Хасана и Гулистан обвинили в том, что они пытались пересечь ее по поддельным паспортам. Позднее сирийские чиновники официально подтвердили подлинность их документов; тем не менее, 14 октября российский ФМС отказал им в предоставлении статуса беженцев.

«Я звонила в ФМС, мне там сразу же сказали: ответ на просьбу о предоставлении статуса беженцев будет отрицательный — из-за уголовного дела о нелегальном пересечении границы»,  — цитирует «Новая газета» главу правозащитной организации «Гражданское содействие» Светлану Ганнушкину. Уже несколько дней Гулистан находится в неврологическом отделении Химкинской городской больницы; за ней ухаживает сестра (родственники Гулистан живут в Самаре).

Сирийское лето. Как в Ногинске детей беженцев русскому учили

После семнадцати лет жизни в Москве я вернулась в родной город. Странный, небольшой, промышленный и провинциальный. И работы здесь для меня не было. А вот кому хороший редактор? Что надо — напишем, что не надо — вычеркнем! Нет, отвечали мне, нам нужна девочка в палатку — яйцами торговать, шесть дней в неделю, с семи до семи… Через несколько месяцев я была готова не то что «сесть на яйца», я могла пойти на что угодно — шпаклевщица? Замечательно! Сборщик мебели? Прекрасно! Но тут случилось чудо: подруга прислала объявление о вакансии моей мечты. В соседнем городке, Ногинске, срочно требовался преподаватель русского языка как иностранного для подготовки сирийских детей к школе. Я радостно позвонила, меня попросили подождать недельки две, пока все устроится, а потом приезжать и начинать…

Откуда в Ногинске взялись сирийцы? Этот вопрос возникал практически у всех моих знакомых.

«Перед нами закрыты все ворота»: Сирийские беженцы — о войне, взятках и Владимире Путине

С момента начала сирийского конфликта страну покинуло 4 миллиона жителей. The Village поговорил с переселенцами об их жизни за пределами родины.

Гражданская война в Сирии продолжается пятый год. По данным ООН, более 4 миллионов беженцев покинули страну с начала сирийского противостояния — большая часть из них осела в Египте, Ливане, Иордании и Турции, но несколько сотен тысяч беженцев принял европейский континент.

«Когда мы спрашиваем, почему нас выгоняют, они отвечают: потому что имеем право»

Волонтерский проект комитета «Гражданское содействие» по адаптации и обучению детей беженцев и вынужденных переселенцев сам оказался под угрозой остаться без крыши над головой. Журналист проекта «Такие дела» Лидия Калоева распросила сотрудников и волонтеров Центра, для кого и зачем они работали.

Несколько преподавателей складывают учебники, игры и ролики в большие коробки. Кто-то переставляет мебель, кто-то подметает пол.

«Объявили иностранным агентом и выгнали на улицу»

Почему московские власти отбирают здание у Центра адаптации детей беженцев?

Московское правительство выселяет из здания Центр адаптации и обучения детей беженцев, волонтерский проект НКО «Гражданское содействие». Добровольцы считают, это происходит, потому что в апреле 2015 года организацию «Гражданское содействие» включили в реестр иностранных агентов.